-- Клевета! Гнусная ложь! -- ревела не на шутку разъяренная толпа.
Несмотря на сопротивление одних, другие бросились на подмостки: все, что попадало под руку, летело в несчастного Мондора, который не знал, куда ему спрятаться. Напрасно он силился убедить публику, что он тут ни при чем, и знать не знает этого паяца.
Как только разразилась буря, Ренэ со всех ног бросился с лестницы долой и чуть не столкнулся с Тиртеном.
-- Караул! С моим париком удирает! -- закричал Тиртен и, проворно стащив парик с головы Ренэ, надел на себя.
-- Это шпион кардинала! -- кричали в толпе.
-- Смерть шпиону! -- повторяла толпа, всегда соглашаясь даже с самым нелепым обвинением.
Но на этот раз вся наружность говорила не в пользу Ренэ; из желания ли мести или по убеждению он поставил себя в опасное положение.
Тиртен хотел доказать почтеннейшей публике, что не от него спета клевета на народных кумиров; схватив Ренэ за руку, он тащил его на подмостки, чтобы выдать народной ярости.
Но молодой силач дал ему сильного пинка и скрылся из глаз разъяренных зрителей.
Мигом балаган был полон, Мондор сбит с ног. Произошла страшная свалка, и балаган бедного врачевателя был разнесен в куски. Все его отчаянные мольбы и слезные уговоры были напрасны.