-- О Боже! -- воскликнула Маргарита, -- наверно, эти кушанья были отравлены!
-- Нет, нет, это естественное следствие моего невоздержания. Я слишком сытно поел после двухдневного поста. Право, я боюсь, как бы со мной не сделалось апоплексического удара.
-- Вот постель, ложитесь скорей и спите.
-- Спать? Неужели? Провидение меня два раза посылает к вам на помощь, и все напрасно? Спать? Тогда как надобно защищать вас от этого гнусного злодея!
-- Напротив, вам непременно надо спать, чтобы собраться с силами. Когда же он придет, я вас разбужу.
-- Но что будет, как вы не добудитесь меня?
-- О Боже мой, что за мысль!
-- Вот поэтому-то и надобно пользоваться минутами. Пойдемте, пойдемте; я сумею отворить и эту дверь, как отворил ту. А как выйдем на свободу, горе тому, кто осмелится наскочить на мою шпагу!
Увы! Напрасные слова. Сон одолевал эту великодушную натуру! Как ключ на дно, упал он в кресло, стоявшее возле кровати.
Маргарита покрыла кресло большим, широким пологом, сама же подошла к окну, стараясь привлечь к себе внимание жителей замка. Это окно, защищаемое толстой железной решеткой, выходило во двор замка.