Вот он на верхней ступеньке, и палач поднял ногу, чтобы оттолкнуть лестницу.
Наступила роковая минута. Буря народная смолкла. Можно было услышать полет мухи.
Вдруг с улицы Сент-Онорэ прозвучал могучий голос:
-- Остановитесь!
-- Ура герцогу Бофору! -- ревела толпа, узнавшая своего кумира.
Герцог -- это действительно был он -- въезжал верхом на площадь, за ним следовала блистательная свита тоже на великолепных лошадях. Бофор выехал вперед и, теснимый со всех сторон, подъехал к виселице.
-- Ваше высочество! -- воскликнул Ле Мофф умоляющим голосом.
-- Друзья мои, -- обратился Бофор к народу, -- члены парламента объявили мне, что в благодарность за мои заслуги в общем деле они передают этого человека в мою власть и, следовательно, я могу разделаться с ним, как хочу.
-- Смерть! Смерть ему! -- ревела толпа. -- Растерзать его на куски! Мы сами хотим его казнить!
-- А я хочу его помиловать! -- закричал Бофор громоподобным голосом. С этими словами он приподнялся на стременах и с величавым достоинством снял петлю, давившую шею разбойника, и откинул ее назад.