Тосковали ли женщины по дому? Исключая самые безнадежные случаи, они все осознавали, что заперты в стенах приюта для умалишенных. Единственным их непреходящим желанием было желание освободиться, вернуться домой.
Одна несчастная каждое утро говорила мне:
— Сегодня ночью мне снилась моя мама. Думаю, она придет сегодня и заберет меня домой.
Эта единственная мысль, эта мечта никогда не покидала ее, хотя она содержалась в приюте уже около четырех лет.
Сколько загадок таит в себе безумие! Я видела больных, чьи уста были навеки скованы абсолютным молчанием. Они живут, дышат, едят; человеческий облик на месте, но нечто такое, без чего может существовать тело, но что не может существовать без тела, угасло в них. Я задавалась вопросом, кроется ли за этим молчанием что-то, о чем нам никогда не узнать, или там совершенная пустота.
Не менее печальны случаи, когда пациенты постоянно разговаривают с невидимыми собеседниками. Я видела, что они ничего не осознают об окружающей их реальности и всецело поглощены плодами своего воображения. Однако, как это ни странно, они подчинялись любому приказу, отданному им, так же, как собака подчиняется командам хозяина. Одним из самых ужасных заблуждений страдала голубоглазая ирландская девушка, которая верила, что ее душа навеки проклята за некий совершенный ею поступок. Днем и ночью она жутко кричала:
— Я проклята на веки вечные! — и это вселяло ужас в мою душу. Ее агония казалась частью адских мучений.
Когда меня перевели в седьмое отделение, я еженощно была заперта в палате с шестью безумными женщинами. Две из них, кажется, совсем никогда не спали и бредили всю ночь. Другая выбиралась из кровати и бродила по палате, ища кого-то, кого она хотела уничтожить. Я не могла перестать думать, как она может в любой момент с легкостью наброситься на кого-то из пациенток. Это вовсе не помогало сделать ночной отдых более спокойным.
Женщина средних лет, которая всегда сидела в одном и том же углу комнаты, имела странную причуду. У нее было несколько газетных страниц, и с них она постоянно зачитывала самые удивительные вещи, какие мне доводилось слышать. Я часто садилась неподалеку от нее и слушала. Правдивые истории и выдумки мешались в ее речи.
Пока я была в приюте, я видела одно-единственное письмо, переданное пациентке. Это вызвало сильный интерес у остальных. Все больные жаждали хоть каких-то новостей из внешнего мира, так что они собрались вокруг той, которой повезло получить весточку, и засыпали ее вопросами.