— Что за странные вещи? — спросил он. — Неужели что-то вообще может происходить в доме, который больше похож на музей, чем на жилое помещение?
— В этом доме хранятся великие сокровища, — укоризненно проговорил дедушка. — Как вы знаете, он принадлежит сэру Джону Хаббери — коллекционеру, собирающему раритеты разного рода. В особенности старинные бумаги: письма, документы.
— Э-э... кажется, у него есть несколько писем лорда Мэкьюлэя? — невинным голосом осведомился Снабби, вспомнив рассказ дедушки в поезде.
Воцарилось удивленное молчание, во время которого стало слышно, как под столом яростно чешется Чудик.
— Чудик! — прикрикнул на него Снабби и пихнул ногой.
Чудик тут же перестал чесаться.
— Первый раз я слышу от тебя что-то умное, — удивленно заметил мистер Линтон. — Вот уж никогда бы не подумал, что ты слышал имя лорда Мэкьюлэя.
— Э-э, Снабби совершенно прав, — поспешно проговорил дедушка. — Там было несколько писем Мэкьюлэя. К несчастью, они тоже были похищены. Ричард, это была совершенно необычная кража. Двери были заперты на ключ, шпингалеты на окнах закрыты. Ни застекленной крыши, ни другого возможного доступа в комнату, где хранились бумаги, не было. И тем не менее несколько дней назад воры ночью проникли туда, забрали все ценности и исчезли так же, как и появились, — сквозь запертые двери и наглухо закрытые окна. Что вы на это скажете?
— Я думаю, довольно неразумно делать такое предположение, — сказал мистер Линтон. — Воры не могут проходить сквозь запертые двери. Разве что у них был ключ.
— Нет, ключа у них не было, — возразил дедушка. — Ключ хранится у сэра Джона на кольце в его собственном кармане. И дубликата не существует. Более того, на дверях не обнаружилось никаких отпечатков пальцев.