— Нет, я не знаю даже, как он выглядит, — покачал головой Барни. — Настоящего имени я тоже не знаю, сэр. Потому что мама выступала в цирке всегда под своей фамилией, а не по мужу. Боюсь, мне никогда его не найти.
— Должен признать, мне тоже это кажется маловероятным, — сказал мистер Линтон. — Но ты, видимо, и один неплохо справляешься с жизненными проблемами.
После ужина ребята вышли в сад. Было около половины девятого, но еще не стемнело. Они пошли на веранду и опять оставили сторожить у входа Чудика.
Миранда, конечно, отправилась вместе с ними. За ужином она вела себя примерно, все время сидела на плече Барни, с достоинством принимая от него кусочки помидоров и абрикосов из пудинга. Теперь она устроилась на плече Снабби, сунув для тепла свои ручки за ворот его рубашки. Снабби всегда любил ее. Чудик, страдая от ревности, оставил свой пост и попытался взобраться к Снабби на колени.
— Так что вы хотели мне рассказать? — спросил Барни, когда Чудика вновь отослали охранять вход,
— Значит, так, — проговорил Роджер, не зная, с чего начать. — Это очень необычная история. И наш дедушка Роберт тоже в это замешан.
И он пересказал всю историю. Остальные слушали и время от времени отдельными фразами дополняли его.
— Теперь ты понимаешь, почему мы подумали, что ярмарка как-то связана с кражами, — закончил Роджер. — Похоже, что кто-то с ярмарки хорошо разбирается в старинных бумагах и документах и крадет их, когда рядом оказывается музей или квартира, в которой они хранятся.
— И мы хотим выяснить, каким образом этому вору удается проходить сквозь запертые двери, — добавила Диана. — Потому что это просто невероятно. Для таких дел надо быть колдуном!
— Может, это Олд Ма? — высказал предположение Снабби, вспомнив, как она была похожа на колдунью, когда склонялась над своим котлом.