Все засмеялись. Барни сидел молча, размышляя.
— Я никого не знаю на ярмарке, кому были бы интересны старые бумаги, кроме Тоннера, — наконец проговорил он. — Тоннер собирает маленькие статуэтки из слоновой кости. Но я никогда не слышал, что он коллекционирует старые бумаги. Не думаю, что его образования хватит, чтобы разобраться, ценные они или нет, и решить, что потом с ними делать.
— И, уж конечно, ему-то не пролезть сквозь запертую дверь! — вставила Диана, вспомнив гигантскую фигуру Тоннера.
— Это точно, — согласился Барни., Какое-то время все молчали.
— А кто решает, куда дальше поедет ярмарка? — вдруг спросила Диана.
— Ну, Тоннер, наверное. Ведь он хозяин всего, — ответил Барни. — А что? А-а, понял! Кто-то знает, где могут быть ценные бумаги, и этот «кто-то» решает, что ярмарка должна ехать именно туда, чтобы украсть их. Что ж, насколько мне известно, решение всегда за Тоннером. Во всяком случае, командует он.
— А еще кто-нибудь с ярмарки что-нибудь коллекционирует? — спросил Снабби, играя с хвостом Миранды.
— Нет. Разве что Бели, шимпанзе! — засмеялся Барни. — Он коллекционирует игрушечных животных. А вы не знали? Стоит только дать ему какую-нибудь игрушечную зверушку — и он твой раб до гроба! Забавно, правда?
— Очень, — кивнула Диана и засмеялась. — А Хели что собирает?
— Конфеты! Но они у него долго не хранятся, — ответил Барни. — С Хели только и следи за своими карманами. Если у тебя там конфеты или шоколад, он вмиг обчистит.