-- Въ другихъ мѣстахъ въ нашемъ же ремеслѣ работаютъ меньше. Ваши собственные механики работаютъ всего девять часовъ, зачѣмъ же мы будемъ работать двѣнадцать и то -- за меньшую плату?
-- Такъ и слѣдуетъ съ ними разговаривать,-- замѣтилъ одинъ изъ присутствующихъ.
-- Ну-съ, друзья,-- продолжалъ Гаммондь,-- такъ это, значитъ, мы толкуемъ вдоль и поперекъ, и пришли къ тому, что, значитъ, они готовы сдѣлать день въ десять часовъ, если мы сбавимъ жалованья на шесть пенсовъ {Около двадцати пяти копѣекъ на русскія деньги. Примѣч. перевод.} въ недѣлю; или же пусть, дескать, день будетъ въ одиннадцать часовъ при прежней платѣ,-- если, значитъ, мы согласимся по остальнымъ пунктамъ. На это мы сказали, что, стало быть, представимъ объ этомъ комитету, а что комитетъ постановитъ -- сообщимъ имъ.
Потомъ стали мы толковать, значитъ, о Союзѣ, объ Китѣ и Дикѣ, т.-е. собственно, это Китъ имъ поперекъ горла сталъ. Видите ли, о ни говорятъ, что не могутъ и не станутъ терпѣть вмѣшательства въ дѣла постороннихъ лицъ... тутъ и на вашу долю, мистеръ Пэламъ, было отпущено нѣсколько щелчковъ. Ну, тогда врѣзался, стало быть, въ разговоръ Джо и говоритъ: "вотъ что, джентльмэны: о чемъ мы толкуемъ и что дѣлаемъ внѣ работы, то васъ не касается. Хотимъ устраивать Союзъ и устраиваемъ, а выбираемъ въ секретари кого вздумаемъ. Ну, потомъ... что еще ты говорилъ ему потомъ, Джо?
Вилькинсъ поднялся съ большой торжественностью. Онъ былъ значительно старше всѣхъ присутствующихъ, и походилъ скорѣе на мелкаго лавочника, чѣмъ на рабочаго, а рѣчь его напоминала диссентерскихъ проповѣдниковъ.
-- Я говорю: ремешекъ за веревочку, джентльмэны. Вы не имѣете права отказать нашему секретарю; мы не имѣемъ права отказать вашему надсмотрщику; но если вы надумаете дать отставку вашему человѣку, мы подумаемъ объ отставкѣ нашему. А Сампсонъ сидитъ тутъ же все время;-- чернѣе ночи. А я, значитъ, думаю про себя: ну, Джо Вилькинсъ, если этотъ человѣкъ останется на своемъ мѣстѣ, тебѣ капутъ. Такъ это я подумалъ.
Онъ перевелъ духъ и сталъ въ позу, которая хорошо была извѣстна присутствующимъ, какъ приготовленіе къ длинному ораторскому упражненію. Гаррисъ взглянулъ значительно на Бёртона. Понявъ этотъ взглядъ, Бёртонъ быстро перебилъ оратора:-- Въ концѣ-концовъ мы пришли къ тому, что если-де они расчитаютъ своего человѣка, мы разстанемся со своимъ. И еще мы сказали, что, молъ, представимъ объ этомъ комитету.
-- Вы выслушали докладъ делегаціи, товарищи,-- сказалъ Гаррисъ.-- Теперь ваше дѣло -- сообразить, слѣдуетъ ли намъ, какъ комитету, посовѣтовать забастовщикамъ принять эти условія.
-- Ахъ, вотъ еще что,-- замѣтилъ Бёртонъ, вспомнивъ новое обстоятельство;-- они дали намъ понять, что не особенно стоятъ за отставку Гарриса; только бы мы отказались отъ Бранда.
-- Покорно ихъ благодарю,-- замѣтилъ Гаррисъ, краснѣя въ лицѣ.-- Они, надо полагать, думаютъ, что я не умѣю постоять за дѣло. Хочетъ кто-нибудь сказать что-либо по этому вопросу, предложить резолюцію?