Станфордъ пожалъ плечами: тѣ же двѣ причины, какія заставляютъ людей совершать большинство глупостей!
-- "Любовь и..."?
-- И честолюбіе,-- отвѣчалъ Станфордъ, съ шутливой торжественностью.-- Есть нѣкоторая молодая лэди, которая принадлежитъ къ обществу и вѣритъ въ него. Это единственная ея слабость.
-- Но я не вижу, при чемъ же тутъ честолюбіе,-- возразилъ Пэламъ.-- Неужели ваше такъ скромно, что довольствуется мѣстомъ въ этомъ комитетѣ?
Станфордъ засмѣялся.
-- Не совсѣмъ такъ,-- сказалъ онъ.-- Но мнѣ хочется попасть въ парламентъ.
Оливеръ кивнулъ въ знакъ пониманія.
-- Но могутъ ли эти народы вамъ помочь?-- спросилъ онъ.
-- Думаю, что могутъ. Правда, до сихъ поръ они едва ли что дѣлали, кромѣ говоренья; но постепенно они этимъ говореньемъ приводятъ зажиточный Лондонъ къ убѣжденію, что они представляютъ собою соціализмъ, и что соціализмъ, въ концѣ-концовъ, не такъ уже опасенъ. Они представляютъ собою соціалистическую волну средняго класса, а въ англійской политикѣ побѣда всегда на сторонѣ средняго класса...
-- Была,-- подхватилъ Пэламъ.