Брандъ измѣнился въ лицѣ -- необычное для него проявленіе внутренняго волненія -- и нѣсколько секундъ простоялъ молча.
-- Что вы на это скажете, Китъ?-- спросилъ Шарманъ.
-- Право, не знаю, что вамъ сказать; я совершенно не ожидалъ ничего подобнаго.
-- Вы не хотите сказать, мистеръ Брандъ, что колеблете съ?-- воскликнулъ О'Галлоранъ.
-- И очень колеблюсь; по многимъ причинамъ.
-- Мы думали, это доставитъ вамъ большое удовольствіе,-- замѣтилъ Шарманъ.
-- Вы, стало быть, не можете дать намъ отвѣта, который бы мы могли сообщить нашимъ довѣрителямъ?-- спросилъ Вилькиисъ.
-- Я рѣшительно ничего не могу вамъ сказать сейчасъ; мнѣ нужны сутки на размышленіе. Я въ высшей степени благодаренъ Медфордскимъ рабочимъ за ихъ приглашеніе. Но это важный и отвѣтственный шагъ, и я совершенно былъ не приготовленъ къ нему. Было бы недобросовѣстно, по отношенію къ вашимъ довѣрителямъ, если бы я отвѣтилъ имъ не обдумавши. Кромѣ того, я, какъ вы знаете, такой же рабочій, какъ и вы; я не увѣренъ, что мое матеріальное положеніе позволятъ мнѣ дать согласіе. Мнѣ нужно выяснить нѣсколько вопросовъ, прежде чѣмъ рѣшиться.
Сэръ Джонъ Уорикъ вошелъ въ комнату изъ зала и сказалъ Димсдэлю, что предсѣдатель спрашиваетъ, не нужно ли сдѣлать какихъ заявленій, прежде чѣмъ онъ закроетъ собраніе, и публика примется за чай и кофе. Димсдэль, Станфордъ и О'Галлоранъ слишкомъ были заняты происходившимъ въ комнатѣ, чтобы замѣтить странность появленія сэра Джона, въ качествѣ посланца предсѣдателя; Брандъ оставался вовсе въ невѣдѣніи этого обстоятельства. Но Пэламъ замѣтилъ.
Димсдэль, торопливо отвѣтивъ, что сейчасъ придетъ самъ, и, обратившись къ депутаціи, спросилъ, не желаетъ ли кто-либо изъ дженгльмэновъ сказать нѣсколько словъ?