В заоблачные сны59.
Начало воздушное, как ожидание больших белых птиц, сидящих на уступе, готовых улететь, -- проходит сквозь книгу "Прозрачность". Доносятся отдельные голоса засыпающей земли -- "и звук отдаленного лая, и призраки тихого звона"60. Слепнут краски дня, преобладают часы между светом и мраком, сумеречные часы, полные зоркого общения с высями и глубями, часы ожидания между двух зеркал, бездонно углубляющих друг друга.
Где я? Где я?
По себе я
Возалкал!
Я -- на дне своих зеркал.
Я -- пред ликом чародея
Ряд встающих двойников.
Бег предлунных облаков61.
Прозрачность, "улегчившая твердь", в раздумье прислушивается к глубинам черных кладезей, глядит в "светорунную тину затонов"62, следит за облачным парусом. Мгновения полетов, предвосхищения полетов -- куда? "Вечно синий путь -- куда?" Легкая радость, прощальное золото осени; внезапно набегающая тревога разлуки, как далекий глубокий голос Океанид: