-- У кого?
-- Работница... У дворниковъ... Извощики гдѣ стоятъ...
-- Идемте.
Марья Трофимовна повернула голову, не забыть бы чего! перекрестилась и скорыми, бодрыми шажками -- ботики ея поскрипывали,-- вышла въ кухню, со свѣчей въ рукѣ, поставила ее на опрокинутую кадку, служившую замѣсто стола, положила коробку спичекъ, и прежде чѣмъ тушить, оглянула еще разъ кухарку.
Ей понравилось это рябоватое, круглое лицо, съ прядью черныхъ волосъ, выбившихся на самый носъ, широкій и смѣшной: одна ноздря была у же другой.
-- А тебя какъ звать?-- спросила она.
-- Пелагея.
-- Вы вмѣстѣ съ той работницей спите?
-- Вмѣстѣ, матушка, вмѣстѣ.
Свѣчу Евсѣева задула и выпустила впередъ кухарку. Она аккуратно заперла ключемъ наружную дверь и, вылѣзая за Пелагеей въ калитку на троттуаръ, успѣла сказать ласково дворнику: