Ея раздраженный, почти грубый тонъ уже не дѣйствовалъ на Евсѣеву. Что-то дальше будетъ.
-- Если вы пріѣхали со мной повидаться, такъ, пожалуйста, не извольте слѣдить за мной! И безъ васъ тошно!..
Послѣднее слово вырвалось уже отъ сердца, но съ горечью обиды и... кажется, ревности.
-- Присядь,-- такъ же невозмутимо выговорила Марья Трофимовна.
-- Есть ли что гаже на свѣтѣ мужчинъ!-- вскрикнула Маруся и сѣла на скамейку.-- Одинъ безстыжѣе другого!
"Вотъ это хорошо"!-- подумала Евсѣева.
-- Вы сейчасъ видѣли, что я тутъ съ однимъ человѣкомъ ходила. Я не скрываюсь... Чего мнѣ?.. Талантъ у него... комикъ. Вы не думайте, что это такъ чумичка какая-нибудь или на велосипедѣ по кругу ѣздитъ... Простакъ!
-- Простой души?-- спросила Марья Трофимовна, забывъ, что это -- театральный терминъ.
-- Ахъ, что вы!.. Простакъ -- молодой комикъ значить. И голосокъ милый. А ужъ насчетъ мимики -- ни у одного у насъ нѣтъ и капельки его игры.
"Онъ, онъ!.. Шантажистъ"!-- рѣшила Марья Трофимовна.