— Вы не тревожьтесь, — сказал Палтусов, — я сейчас уйду.
— Да и вам лучше… Какое удовольствие!.. И нам-то с этими самоубийствами житья нет. Верьте слову… Хозяева меблированных комнат обижаются чрезвычайно. Приедет с железной дороги как следует, номер возьмет, спросит порцию чаю… А там и выламывай двери. Ночью и натворит безобразия. Или опять в банях, или в номерах для приезжающих. Спервоначалу пройдется насчет женского пола…
— Да? — с улыбкой переспросил Палтусов.
— Первым делом! Или у проститутки ночевал, окажется из дознания, или притащит с собой, под утро отпустит ее, ну водка или ром, — и наутро пукнет… Анафемское время, я вам скажу!
— Молодые от любви больше?
— Нельзя этого сказать, — вошел в сюжет околоточный и даже выпрямился, — студент — от чувств… бывало это, или так, сдуру, в меланхолию войдет, оставит ерунду какую-нибудь, на письме изложит, жалуется на все, правды, говорит, нет на свете, а я, говорит, не могу этого вынести!.. Мечтания, знаете. Женский пол — от любви, точно… Гимназисты опять попадаются, мальчуганы. Они от экзаменов. А больше растраты…
— Растраты? — повторил Палтусов.
— Так точно. Чуть деньги растратил, хозяйские или по доверенности, или просто запутался…
Околоточный смолк на минуту и прибавил:
— Жуликов расплодилось несть числа!