Карцева освободила руку мужа и отошла въ сторону. Онъ молчалъ и вытирался платкомъ.
-- Вотъ факты,-- заговорила она.-- Такъ поступилъ мужъ, а жена встрѣтила, послѣ того, какъ онъ уѣхалъ съ первой попавшейся кокоткой, молодаго человѣка... Онъ показался ей смѣлымъ, настоящимъ артистомъ. Она думала, что онъ способенъ сразу оцѣнить женщину и привязаться къ ней. Вотъ она пріѣхала съ нимъ сюда, разсказала ему все; она настолько увѣровала въ него, что не побоялась даже поставить его въ щекотливое положеніе. Напротивъ, она была убѣждена, что эта сцена окончится такъ, какъ она желала...
Карцева опустилась на диванъ и закрыла лицо руками на нѣсколько минутъ.
-- Но зачѣмъ я все это говорю? Господа, вы можете подать другъ другу руку,-- вы одинъ другаго ст о ите. Я васъ не удерживаю больше.
-- Но послушайте, Софья Григорьевна,-- крикнулъ было мужъ,-- вы полагаете, что...
Она опять встала и подбѣжала къ нему.
-- Что я полагаю, я вамъ завтра дамъ объ этомъ знать; но ваша нога не переступитъ этого порога. Больше вы не услышите моего голоса. Прощайте!
И обернувшись въ сторону гостя она добавила:
-- Извините меня,-- видно, для васъ такое испытаніе было слишкомъ сильно...
И мужъ и гость молчали. Она отвернулась отъ нихъ и слабѣющимъ голосомъ выговорила: