-- Да, она не изъ Faubourg St.-Germain,-- перебила жена.
-- Она позволяетъ себѣ такой тонъ... за панибрата.
-- Это моя нянька, Павелъ Петровичъ, вы это хорошо знаете. Ничего въ ней нѣтъ особенно вульгарнаго. Она даже изъ бѣдныхъ чиновницъ. Добрая женщина, я къ ней привыкла,-- у меня къ ней понятная слабость. Одна только Марья меня и любила-то, по правдѣ сказать.
Въ отвѣтъ на это послышался опять короткій и немножко въ носъ смѣхъ мужа, видимо раздражавшій жену.
-- Ахъ, полноте,-- возразилъ онъ.-- У васъ какой-то пунктъ считать себя непонятой и всѣми обиженной. Что-жь такое, что вы остались сиротой безъ матери, но у отца блаженнѣе существованіе трудно себѣ и вообразить. Вы помыкали всѣми, какъ пѣшками, начиная съ того же самаго отца.
Она начала ходить по комнатѣ большими шагами и заложивъ руки за спину. Ея красивый и пышный бюстъ обтягивало дорожное суконное платье темно-песочнаго цвѣта.
-- Хорошенькій у насъ разговоръ выходитъ на третій день послѣ свадьбы,-- выговорила она точно про себя и остановилась посреди комнаты.
Принесли самоваръ. И это вызвало протестъ со стороны мужа.
-- Очень хорошо сдѣлали,-- сказала жена.-- Я не люблю этихъ отвратительныхъ чайниковъ. Довольно ихъ было на желѣзной дорогѣ. Пора чувствовать себя хоть немножко дома.
Выговоривъ это, она ушла въ комнату. Петербургскій господинъ отдалъ приказаніе, чтобъ у него въ спальнѣ было ни очень жарко, ни очень свѣжо, и чтобы нагрѣли постельное бѣлье. Когда номерной переспросилъ его съ недоумѣніемъ, какъ нагрѣть, онъ приказалъ взять кувшинъ съ горячей водой и освѣдомился, что такое у нихъ въ отелѣ внизу: концертъ, или какой-нибудь вечеръ. Онъ видѣлъ, проходя, освѣщенную лѣстницу. Номерной сообщилъ, что у нихъ представленіе: любители играютъ пьесу. Ему приказано было принести афиши. Еще не было поздно. Онъ желалъ, повидимому, переодѣться и отправиться куда-нибудь скоротать вечеръ. Номерной еще не ушелъ, когда показалась изъ своей спальни молодая дама и потребовала, чтобы для ея няни приготовили комнату. Номерной предложилъ постлать въ передней. Мужъ согласился съ этимъ, но жена возмутилась и потребовала отдѣльной комнаты, даже если она будетъ стоить и не дешевле трехъ рублей.