-- Нет, я не могу.
-- Да полноте, голубчик! Вот вы всегда так! Это -- не по-товарищески! Ведь какая же сласть у себя, в номере, завалиться спать, на веселье глядя?
-- В маскарады я не езжу, -- выговорила Проскурина, и снова нагнула голову и спину.
-- Соблюдаете себя? А мы, грешные, ездим. Как же можно с нами якшаться!..
Копчикова вскочила со стула и заходила между двумя столами. Она и от холода была красна, а теперь еще сильнее покраснела от задорного чувства, охватившего ее. Ей захотелось отделать эту "важнюшку" Проскурину. Она знает, что "порядочные" чураются ее.
-- Сами не понимаете своего интереса! -- вырвалось у нее с подергиванием плеч.
-- Какого интереса? -- переспросила Проскурина.
-- Какого! Какого!.. Точно будто я ничего не знаю и не вижу! Намедни, на Пречистенском бульваре, с кем я вас встретила? Небось, мы шикарей-драгунов привлекаем!..
Проскурина чуть не крикнула ей: "Как вы смеете!" -- но только закусила губы и начала краснеть.
-- Я не сплетница. Что ж! Офицерик джентльменистый! И мордочка у него смазливая. Желаю всякого успеха. Вот он наверно там будет. Если где и пляшет на званой вечеринке, то позднее явится. Прямой интерес -- ехать. А не он, так другой!