-- Так точно.
Она все-таки дала ему гривенник и сама выпустила его из сеней.
Разрывая конверт, она уже знала, что это от Двоеполева.
Из конверта выпал на стол розовый театральный билет. Она думала, что записку она уронила под стол. Никакой записки не было. Билет -- кресло итальянской оперы и афиша на тонкой бумаге. Шел "Севильский цирюльник". Оба брата -- любимцы женской публики -- участвовали в спектакле: один в роли Альмавивы, другой в роли Фигаро.
Краска не сходила со щек Проскуриной. Она долго читала афишу и вертела в руках розовый билет. Разные чувства боролись в ней. Но она уже видела себя в театральной зале рядом с драгуном.
IV
Первое действие оперы кончилось. Проскурина пришла рано, когда зала, очень холодная, с пониженным светом электрических лампочек, стояла еще пустой. И к увертюре публики набралось не особенно много. Она ожидала совсем не того. На верхах виднелось несколько молодых женских голов; и в местах за креслами сидело десятка два дам, старых или молодых -- она не могла рассмотреть.
Ее кресло было в пятом ряду и стоило дорого. Когда она в него села и оглянулась с тревогой по сторонам -- ее уколола мысль:
"А ведь так не посылают билетов, от неизвестного, порядочным девушкам".
Ей случалось бывать приглашенной в ложу, по даровых кресел она от мужчин еще не принимала. Если б Двоеполев очутился рядом с нею -- ей это было бы крайне неприятно.