-- Помню.
-- Нужно вам уложиться?
-- Нужно; но ваше присутствие тут главнее всего.
-- Полноте, Булатов, -- ответила я решительно, -- этим злоупотреблять не следует. Вы сами себя поведете. Нам обоим необходимо успокоиться и осмотреться. Ведь всего каких-нибудь два месяца; а весной я буду опять здесь, мы сведем итоги и, если можно будет, выдадим друг другу по похвальному листу.
Он долго молчал и медленно выговорил:
-- Вы опять правы.
XXXIX
Случилось так, что maman с Пьером уехали в Петербург днем раньше. Хотя я и увижусь с ними опять послезавтра, но они почему-то простились со мной так, точно будто мы больше не увидимся. Они, должно быть, не верят моему приезду в Петербург.
Одно мне было приятно: maman как-то успокоилась на мой счет или, лучше сказать, поняла окончательно бесполезность домашних распрь. Мы с ней хорошо простились. Мне было бы слишком тяжело отстоять свою независимость ценою неестественных отношений с матерью. По-своему, и она, и я любим друг друга.
Пьера я поблагодарила за его умное вмешательство; он прикоснулся губами к моему лбу и проговорил: