И мать тихо засмеялась.
Пока Серафима вынимала длинные булавки из волос и клала шляпку на стол, Матрена Ниловна, оправив концы платка, как бы про себя выговорила:
- Известное дело, зачем откладывать. Каков-то он, голубчик, проснется?..
Ей уже представлялась "шкатунка" из красного дерева с медными бляшками и наугольниками с секретным ящиком старинной работы... Там лежит капитал Калерии. И сдается ей, что Ефим Галактионыч поручит ей распоряжение этими деньгами.
Дрожь повела ей плечи, а в комнате было не меньше двадцати градусов.
Дверь из передней приотворили. Показалась "головка" Аксиньи.
- Матушка, - долгим шепотом протянула она, Ефим Галактионыч, никак, проснулись. Слышала я, кашлянули.
- Хорошо, - хозяйским тоном ответила Матрена Ниловна. - Скажи им: Серафима, мол, Ефимовна приехали.
Мать и дочь поглядели одна на другую и встали с дивана.