Этого нарядчика, еще не старого, юркого, прошедшего хорошую школу, он знал, считал его не без плутоватости, но если бы ему он понадобился, отчего же и не взять?
"Чего тут? - поправил он себя. - Ты сначала кредит-то себе добудь да судохозяином сделайся!"
- Хорошо! - ответил он вслух и пристально поглядел на сухую жилистую фигуру и морщинистое лицо Верстакова, ловко и без шума снарядившего его в дорогу.
- Чаю не угодно? Значит, Арсения Кирилыча не будить?
- Ни под каким видом. Только письмо ему подать. А чаю я напьюсь на пароходе.
У крыльца стояла долгуша в одну лошадь. Верстаков вызвался и проводить его до станции, да Теркин отклонил это.
"Немножко как будто смахивает на бегство, - подумал он про себя по пути к пристани. - И от чего я бегу? От уголовщины или от дела с дурным запахом?"
И на этот вопрос он не ответил.
XXXI
- Позвольте вам сказать... Капитан не приказывает быть около руля.