- Братства? - переспросил Теркин.
- А вам не известна деятельность нашей обители, Василий Иваныч?
- Виноват!
- Чт/о мог, я слабыми своими силами успел привести к вожделенному концу. Но хотелось бы и побольше... Монастырь наш заштатный, казенного содержания не имеет...
- На что же вы существуете, отец настоятель?
- Есть кое-какие угодья: землица луговая и пахотная, мельница на несколько поставов... Моими стараниями приведена в возможно лучшее положение. Подворье имеется в губернии... и часовня на ярмарке... Хлопочу о построении таковой же в одной из наших столиц, около вокзала, например, где происходит наибольшее стечение народа.
Глаза настоятеля забегали.
"Ловкий ты мужик! - подумал про себя Теркин.Тебе бы впору и всей кладенецкой торговлей ворочать".
- На что же, сами рассудите, Василий Иваныч, не токмо что уж поддерживать наши разные учреждения, а братию питать?.. У нас в обители до пятидесяти человек одних монашествующих и служек. А окромя того, училище для приходящих и для живущих мальчиков, лечебница с аптекой... Только с прошлого года земство свою больницу открыло... И бесплатную библиотеку имеем при братстве, - значит, под сенью нашей же обители; открыли женское училище.
- Неужели до сих пор нет в Кладенце казенного или земского училища? - спросил Теркин, и ему стало совестно, что он этого доподлинно не знал.