- Нечего, нечего конфузиться-то!.. Унижение паче гордости. Здесь Антон Пантелеич в своем царстве.
- Что твой леший! - подсказал Хрящев и детски рассмеялся.
- Не леший, а лесной пестун и созерцатель!.. Господа! - Теркин обратился к своим гостям. - Ежели мы с вами сегодня любовались этим заказником, тем, что уцелело от пожара, - это дело рук Антона Пантелеича.
- Ни Боже мой!
- Толкуйте!.. Без вас я бы совсем зарвался, да и сам бы сгинул во мшаре.
- Как это? - вскричал заинтересованный капитан.
- Василий Иваныч! Пожалуйста! - заговорил просительно Хрящев. - Никакого тут подвига не было... Вы бы и сами...
Но Теркин не дал ему договорить и рассказал гостям, как он мог сгореть в мшаре, не явись ему на помощь Антон Пантелеич.
Тот сидел с поникшей головой, обращенной к лесу, и видно было, что ему действительно было неловко.
Когда Теркин кончил, он обернул к ним свое загорелое, с лоском, пухлое лицо и, часто мигая серыми глазками, выговорил с юмором: