Барин рассердился сразу, как многие флегматики, принужденные действовать, взорванные чем-нибудь неожиданным и дерзким.
-- Мы вас не знаем и знать не желаем. Если вы брат, то внушите вашей сестре лучшие правила... Она может съехать от нас... Жалованье ей заплатят; а вас мы покорнейше просим не вмешиваться и не начинать здесь сцен.
-- Что-о-с? -- с дрожью в голосе спросил Адам, оставив руку Полины, -- она тоже начинала трусить, -- и сделал шаг вперед.
-- Ступайте вон! -- крикнул барин.
-- Paul, de grace!.. -- шепотом хотела удержать его жена.
-- Ну, это аттанде! -- ответил Адам. -- И если вы посмеете дотронуться до меня, вы будете раскаиваться.
Барыня вся обмерла. Ей показалось, что карман пальто Адама топырился... там револьвер...
Она схватила руку мужа и стала его отпихивать к двери, повторяя:
-- Va-t-en!.. Va-t-en!
Но муж ее дал приказание горничной послать за дворником.