-- Да, ужъ эта пичужка! ухмыльнулся Макарычъ.-- Да вы, аль палатей 14) не дѣлали? На верху-то всѣ легше.
-- Какъ не дѣлать, да набирается, подлый. И зачѣмъ эта тварь на свѣтъ произошла! Не придумаешь.... А, вотъ, сказываютъ, дѣдушка: Стенька Разинъ, атаманъ такой жилъ, заговаривать могъ комара-те?... Врутъ, чай? Пёсъ его заговоритъ!
Старикъ осклабился, показавъ ротъ, полный еще зубовъ, и тихо засмѣялся.
-- Да, болтаютъ люди. Сказываютъ, брался заговорить, да просилъ, вишь, больно дорого, скептически произнесъ Макарычъ. Мало ли што болтаютъ.
-- Какъ же это гуся-то ловятъ, дѣдушка, чѣмъ?
-- Чѣмъ?... Да руками и ловимъ. Ты видалъ гуся-то?
-- Когда не видать, ты што?... Чай, и теперь еще живутъ у дохтура и у посредственника были, помнишь?...
-- Да, да. Ну, вотъ, вишь онъ каковъ, ну а все жъ таки птица, извѣстно. Придетъ время, линять надо -- тутъ ужъ летать-то, братикъ, мое почтеніе!... Куда ему?... На берегу-то звѣрь обиждаетъ.... волкъ, лисица, хорь, горностай, ласка, -- да мало ли. Вотъ онъ, братецъ ты мой, дикія, покрытыя водою, отбойныя съ морю мѣста и ищетъ. Ножищи-то, вишь, у его по аршину -- больше, ну ему, значитъ, бѣгать по меляуамъ-то и сподручно. Поспѣй за имъ! А человѣкъ, хоть нашъ братъ, къ примѣру, отожми-ка его въ море-то, сбей съ мѣляка-то -- ну и шабашъ! Онъ дальше, а ты за нимъ, онъ еще дальше, а ты за имъ, -- лапы-то у него, значитъ, хвать, хвать! -- дна-то и не хватаютъ.... туда, сюда, а плавать-то онъ, братъ, не мастеръ -- ну и пропалъ, особенно еще если къ тому лодка, другая -- руками и бери. Нехитрое дѣло-то!
-- Да вѣдь онъ улетитъ, дѣдушка?
-- Чѣмъ улетитъ-то? Перья-то гдѣ?