На крыльяхъ подвига, какъ боги достигали
Смиренною душой заоблачныхъ высотъ!
Однѣхъ -- родимый край повергъ въ пучину горя,
Другихъ -- жестокій мужъ скорбями удручилъ,
А третьимъ сердце сынъ-чудовище разбилъ,
И слезы всѣхъ, увы! наполнили-бы море...
III.
Ахъ, какъ любилъ слѣдить я за одной изъ нихъ!
Въ часы, когда заря огнистая алѣла
На западѣ, струясь, какъ кровь изъ ранъ живыхъ,