земной любви, --
Привет тебе, достойнейшая из женщин, -- Урания!..
После совершения обряда каждая из спутниц Урании должна была выйти перед собравшимися и рассказать им правду о своей жизни.
Сказала первая, -- гордая Этна, девушка с бледным благородным лицом:
-- Он -- был юноша, одаренный талантами и многообещающий, если бы порок не изъел, подобно ржавчине, его души. У него была слишком слабая воля, чтоб отказываться от удовольствий жизни, и дни его проходили в беспутных пиршествах... За что я полюбила его?.. Я не знаю и сама... Может быть -- я полюбила в нем скрытые возможности добра, и мне было жаль его напрасно гибнущих сил. Я хотела поднять его слабый дух на вершины творчества, какие только доступны мужчине...
Любовь наша продолжалась двенадцать полнолуний. Вначале он как будто подчинился моим желаниям, красота исцеляла его гибнущую душу... Я еще пламеннее полюбила его за это, а может быть за возвышенность моих собственных осуществлений в нем... Ведь, мы часто любим людей не за то, что они добры, а за то, что они дают возможность нам самим делать им добро...
Но юноше, очевидно, наскучила его новая жизнь в борьбе с темными пороками духа. Моя требовательность -- казалась ему женским капризом; желание не видеть в нем недостатков -- он объяснял моим себялюбием, -- мою настойчивость -- холодностью и жестокостью души. И он возненавидел меня -- как ненавидят злых деспотов... И однажды ушел от меня к той, которая льстила ему, поощряла его пороки, расслабляла его больную волю и потому нравилась ему.
Тогда я решила принести обиду любви своей сюда, к вам на остров.
Сказала вторая, -- Креола, дочь тихих равнин:
-- Женщины!.. В моей любви я всегда подчинялась ему, господину своему, В глаза его покорно заглядывала я, чтоб видеть, каковы желания повелителя моего... Когда он был грустен, я пела весёлые песни, чтоб утешить его... И во всем старалась угождать ему, -- не было около него человека более преданного, чем я...