— Может быть, — сухо ответил Фриде… — Надо наперед свыкнуться с мыслью, что любовь на земле не вечна… В течение моей жизни — ты восемнадцатая женщина, с которой я заключил брачный союз и девяносто вторая, которую я любил…
— Ну, конечно!.. — сказала Анч, гневно закусила губки, и розовые пятна выступили на нежно-золотистой коже ее лица… — Но вы, мужья, почему-то требуете, чтоб женщина оставалась верна вам до конца, и почему-то только себе присваиваете право изменять ей первыми…
Фриде пожал плечами:
— Право сильнейшего, на котором ты только что строила свою теорию…
Анч от возмущения вся задрожала, но искусно овладела собой и с гордым спокойствием заметила:
— Итак, мы расстанемся… Ну, что же?.. Желаю вам успеха в вашей будущей жизни…
— От души желаю и вам того же! — стараясь не замечать яда ею слов, ответил Фриде.
Единственное чувство, которое он испытывал, это чувство тягостного томления… Тридцать один раз при объяснениях с женщинами пришлось ему слышать эти слова, с одним и тем же выражением в лице, голосе и глазах…
— Как все это старо!.. И как надоело!.. — думал он, усаживаясь в изящный, похожий на игрушку, аэроплан…