Благословенна единая душа вселенной разлитая и въ песчинкахъ и въ звѣздахъ,
Благословенно всевѣденіе, потому что оно является источникомъ вѣчной жизни.
Благословенно безсмертіе, уподобившее людей богамъ!..
Торжественнымъ хораломъ плыли звуки, казавшіеся молитвеннымъ вздохомъ самого неба, приблизившаго къ землѣ свои загадочныя и глубокія дали…
Только Фриде сидѣлъ попрежнему безучастный ко всему, что дѣлается кругомъ… И когда гимнъ былъ оконченъ, взгляды всѣхъ опять устремились на него. И одинъ изъ болѣе близкихъ къ Фриде внуковъ, химикъ Линчъ, взялъ на себя смѣлость спросить:
— Уважаемый патріархъ!.. Что съ вами?.. Вы не принимаете участія въ пѣніи вашего любимаго гимна!
Фриде поднялъ голову… Сперва у него мелькнула мысль, что не слѣдуетъ омрачать веселья молодежи никакими сомнѣніями, но сейчасъ же на смѣну ей пришла другая: рано или поздно всѣ неизбѣжно будутъ переживать то же самое, что и онъ.
И Фриде сказалъ:
— Этотъ гимнъ — величайшее заблужденіе моего ума… Всевѣдѣніе и безсмертіе заслуживаютъ не благословенія, а проклятія… Да, будь они прокляты!..
Всѣ удивленно повернулись къ патріарху. Онъ сдѣлалъ паузу, обвелъ присутствующихъ полнымъ глубокой муки взоромъ и продолжалъ: