— Дело в том, что Тифлисская станция должна подавать сигнал через каждые полчаса. Отсюда до Тифлиса не более 150 километров, слышать мы могли бы отлично. Сколько сейчас времени? У меня 26 минут двадцать первого.
— У меня двадцать семь, — отозвался «физик».
— Подождем.
Но тщетно: ждали беспрерывно до двадцать первого часа, но из Тифлиса не долетело ни звука.
— Станция испорчена, — проворчал Мартынов.
Некоторые не придали этому никакого значения, другие, наоборот, сильно встревожились.
— Дело в том, что Тифлисская станция должна[1] …литическое положение перед нашим отъездом было весьма ненадежное и со дня на день можно было ожидать бури.
— Вы полагаете, что морганисты разрушили станцию в Тифлисе? — спрашивали скептики и при этом сильно смеялись.
— Сами посудите, — горячо говорил химик, — Ведь и третьего дня станция не работала. Обычно порчи на станции исправляются в несколько часов, а тут, может быть, несколько суток прошло. Разрушения, по всей вероятности, громадные.
— Дня три назад была большая буря. Не опрокинула ли она мачты?