— Не может быть?
— Да это буржуазное чучело несут.
— Тьфу, чорт, просто угольщик, ишь ты ведь какого достали!
С таким шумом валила публика за шеренгой, в которой топал Зиновей на парад с отрядом пионеров.
Он никак не поспевал в ногу, кафтан путался, сапоги норовили выворотить камни, а руки лезли по сторонам.
В витринах качалась его нелепая фигура, отражаясь десятки раз, но он не замечал ничего, глядя на колыхающуюся, живую волну, несшую его на Красную площадь.
— Парад у нас, понимаешь, вроде выставки, что ли, мы были пионеры-спартаки, а теперь переименуемся в ленинцы.
— На площади там все будут!
— И Сталин и Рыков…
— И заграничные будут!