— Ну, попробуй.
— Только, дяденька, мне по три копейки за каждый дуб на удочки давай.
— Ладно, ладно, поедем.
Они сели на ботник и поехали к баркам, где мужики зацепили кошкой дуб и опять спорили.
— Ну, спорщики, — сказал рыжий Матвей Иваныч, — вот мальчонка взялся нырять.
Мужики притихли.
— Мал еще, — замялся белый Иван, — кабы чего…
— Ну, сам ныряй…
Иван умолк. Ленька стал разбираться, а Матвей Иваныч учил его, как надо дойти до дна и зацепить крюком корягу. Вот подмышкой у Леньки камень, а рукой он держится за цепь. Внизу булькает и пенится мутная омутная вода, и жуть берет Леньку. Вспоминает он пиявок на коряге и вздрагивает.
— Не потонешь, Ленька, не потонешь? — спрашивает Иван-белый, и глаза его глядят на Леньку, будто просят прощения.