Виновата, отецъ мой!
АЛЕКСАНДРЪ.
Вина твоя произходила однако отъ доброва намѣренія спасти боярышню. успокойся, Потапьевна: я отнюдь не сердитъ на Доброславу, и она теперь въ полной свободѣ.
ПОТАПЬЕВНА.[ободрясь.]
Отецъ родимой! обрадуй тебя самово сила небесная! Мы отъ тебя ни какова худа не видѣли, и ни о чомъ бы не горевали, кабы только цѣлы были огороды наши.
АЛЕКСАНДРЪ.
А каковъ теперь огородъ твой Потапьевна?
ПОТАПЬЕВНА.
Поймали ихъ, отецъ родиной.
АЛЕКСАНДРЪ.