Этого провианта, по числу людей, тогда состоявших на продовольствии в Крыму (170,000 чел.), было достаточно до июня 1856 года. Но значительную часть ожидаемых запасов надлежало подвозить издалека, что представляло важные затруднения, по крайнему истощению перевозочных средств на Крымском полуострове (4). К тому же, в 1855 году было сосредоточено в Крыму до 300 тысяч человек и до 100 тыс. лошадей, что потребовало заготовления запасов и формирования перевозочных средств гораздо в большем количестве (5).
Как провиант в муке сохраняется гораздо удобнее, нежели сухари, то, без всякого сомнения, для войск было бы лучше получать муку и приготовлять самим из нее хлеб: но это оказывалось невозможно: во первых, потому, что войска, находясь постоянно в действиях против неприятеля, либо на работах, не имели времени сами печь хлеб; отделение же от каждой части хлебопеков весьма ослабило бы наличное число людей в строю, и, во вторых, по неимению дров в степной части Крыма. Все это заставило отпускать войскам значительную часть провианта в сухарях, которые иногда доставлялись за несколько сот верст и весьма часто хранились под открытым небом, осенью и зимою, во время проливных дождей и мятелей. В таких обстоятельствах, иногда случалось войскам получать заплесневелые, гнилые, сухари; но продовольствование войск, по свидетельству многих лиц, участвовавших в крымской кампании, вообще было весьма удовлетворительно (6).
Кроме провианта, в показанном количестве, и годовой пропорции соли для армии, простиравшейся до 160,000 пудов и водки 624,000 ведер, войскам производилась, в продолжении трех летних месяцев, дача уксусу (180,000 ведер) и перцу (1875 пудов).
Для продовольствования круглый год около 70,000 строевых и 30,000 подъемных лошадей требовалось 1.400,000 четвертей овса, 11.520,000 пудов сена и около 2.000,000 соломы (7).
Для доставки к войскам этих припасов, полагая, что провиант и зерновой фураж будут привозиться из мест, лежащих на расстоянии 500 верст от театра военных действий, а сено за 80 верст, по расчету, сделанному генерал-интендантом, требовалось иметь в постоянном движении, в течении 8-ми месяцев, когда подвозы возможны в Крыму, не менее 108-ми тысяч подвод. Как в подвижном магазине было только 7 тысяч подвод, которых едва доставало для подвоза к армии одного лишь провианта, то все остальное количество должны были доставить обыватели. В особенности же потерпела таврическая губерния, жители которой перевозили не только провиант и зерновой фураж из более отдаленных губерний, но сено и дрова, доставка коих оттуда была невозможна. Перевозка одного топлива, в количестве 128-ми тысяч сажен, требовала 24 тысяч подвод, в продолжении 8-ми месяцев (8).
Продовольственную часть в Крыму более всего затрудняли: уменьшение на .полуострове рогатого скота и дороговизна сена. С начала войны до марта 1855 года, от закупки войсками волов на порции, число рогатого скота уменьшилось втрое; дальнейшее же его уменьшение не только затруднило бы мясное довольствие войск, но лишило бы армию последних перевозочных средств. Не менее была тягостна дороговизна сена, которого на полуострове, в марте 1855 года, ,можно было купить не более 2.300,000 пудов, что составляло полутора-месячную с небольшим пропорцию для ста тысяч лошадей; а, между тем, до появления травы оставалось еще полтора, а до сенокоса -- два с половиною месяца. Войска добывали сено, как и зерновой фураж, по утвержденным, весьма высоким, ценам, которые доходили для войск расположенных в Севастополе, до 1 р. 60 коп., а для находившихся в окрестностях Севастополя до 1 р. 30 к. за пуд сена. Как ни огромны были эти цены, начальники частей войск иногда отказывались принять на собственное попечение закупку сена, и это было весьма естественно, потому что офицеры главной квартиры платили в Бахчисарае по полтора и по два рубля за пуд бурьяну, из которого половина была неудобосъедома для лошадей: в Симферополе пуд сена иногда продавался также по два рубля.
Как дороговизна сена преимущественно происходила от недостатка перевозочных средств, то предписано было полкам завести особые повозки, на счет казны, и впрягать в них порционных волов; на этих повозках доставлялось сено, а волы на пути кормились травою. Затем, цены, утвержденные на фураж для войск, были пони-жены и назначены двоякие: частям, имеющим повозки -- меньшие, а прочим -- несколько большие. Это распоряжение доставило экономии, в течении 1855 года, до 7-ми миллионов рублей.
Чтобы увеличить на полуострове сенные запасы, главнокомандующий поручил генерал-адъютанту Анненкову, по возможности, усилить сенокошение в северных уездах таврической губернии. Для содействия тому, были приглашены владельцы и общества государственных крестьян и колонистов, наряжены косцы из местных жителей, вызваны работники из других губерний, с назначением, как тем, так и другим, безобидной платы, следствием чего был наем до 3-х тысяч косцов в полтавской губернии, и сделано распоряжение о перевозке в Перекоп из Бендер хранившихся там 12-ти тысяч кос, для безденежной раздачи их работникам.
По примерному соображению, от усиленного сенокошения в таврической губернии ожидалось получить для войск, на сто тысяч лошадей, сена до 11-ти милл. пудов, т.е. почти то количество, которое требовалось для армии на восемь месяцев.
Не трудно было однако же предвидеть, что этот расчет окажется преувеличенным. Как обыкновенно бывает, возникла весьма сложная и продолжительная переписка, о том. сколько именно и в каких местах таврической губернии владельцы земель могли накосить сена для армии, и, наконец, интендантство получило о том сведения от гражданского ведомства уже в конце сентября, когда прошло время сенокоса, и со дня на день, надобно было ожидать, что дороги сделаются неудобными для подвозов. По этим первоначальным сведениям, вместо ожидаемых 11-ти миллионов пудов сена, имелось в виду только 1.740,000 пудов. Но даже из этого количества значительная часть не могла служить в пользу войскам, собранным около Севастополя, именно: 100 тыс. пудов ялтинского сена находилось на южном берегу и не могло быть оттуда доставлено; 160 тыс. пудов, в днепровском и мелитопольском уездах, было в расстоянии от Севастополя далее 250-ти верст, 210 тыс. пудов бердянского уезда -- в 400 верстах, а 850 тыс. пудов феодосийского уезда -- далее 200 верст. Таким образом для армии, сосредоточенной в окрестностях Севастополя, оставалось в виду около 500 тыс. пудов.