В продолжении бомбардирования, из войск крепостного гарнизона, убито: нижних чинов 44; ранены: на острове Сандгаме командир шкуны Вихрь, капитан-лейтенант Есаулов 2-й и адъютант штаба 3-й бригады 3-й флотской дивизии, лейтенант Шипунов; нижних чинов 110. На корабле Россия убито: нижних чинов 11; ранены корпуса морской артиллерии прапорщик Свенторжецкий, нижних чинов 88; на корабле Иезекиил ранен один матрос. Вообще же убито 55 и ранено 200 человек (19).
Урон английского флота, на основании официальных сведений, не превосходил 33-х человек, из коих несколько поражены разрывами собственных ракет. Со стороны же Французов не было в людях никакой потери (20).
Первоначальные сведения о действиях Союзников под Свеаборгом, достигшие Парижа и Лондона, гласили кратко: "Свеаборг уже не существует". Как о настоящем значении этой крепости имели в Западной Европе совершенно превратное понятие, то полагали, что англо-французскому флоту удалось стереть с лица земли большой торговый город с его гаванями, постройками и укреплениями. Вслед затем разнеслась молва, будто бы "в Свеаборге все разрушено, кроме укреплений", и хотя эти слухи были скромнее прежних, однако же общественное мнение удовлетворилось результатом экспедиции, Но когда сведущие люди объяснили, что в Свеаборге всего важнее были укрепления, тогда оказалось, что успех Союзников вовсе не соответствовал ни ожиданиям, возбужденным огромными приготовлениями морских держав, ни издержкам, которых стоило их предприятие. Полагали, по наиболее увеличенному расчету, что в Свеаборге сожжено строений и припасов на сумму около 37-ми миллионов франков (до 10-ти мил. рублей). Для достижения этой цели, Союзники выпустили более 20-ти тысяч различных снарядов большего калибра, на которые пошло чугуна около 60,000 пудов; пороха издержано до 12,000 пудов, а вместе с доставкою и порчею орудий и судов издержки простирались до 6-ти мил. франков (11/2 мил. руб.). Но должно заметить, что бомбардирование Свеаборга было единственным результатом вооружения и 4-х-месячного содержания в Балтийском море флота, стоивших одной Англии, по исчислению газеты Times, не менее 250-ти мил. франков (до 75-ти мил. рублей) (21).
Государь Император, получив донесение генерал-адъютанта Берга, о безуспешном покушении сильного англо-французского флота на Свеаборг, соизволил пожаловать генерала Берга кавалером ордена Св. Апостола Андрея Первозванного с мечами (22).
По возвращении Союзного флота к Наргену, контр-адмиралы Дундас и Пено, считая кампанию оконченною, довольствовались высылкою легких судов к различным пунктам Финского и Ботнического заливов; эти экспедиции не имели -- да и не могли иметь -- никаких результатов, кроме разорения приморских построек и случайного истребления мирных жителей; с войсками же нашими у Союзников не произошло ни одной замечательной встречи. В начале (в половине) августа, были отправлены в Англию и Францию все пришедшие в негодность бомбарды; затем, постепенно уходили прочие суда, так что в начале ноября оставалась у Наргена лишь небольшая эскадра, да и та, при наступлении первых морозов, отплыла к Килю (23).
Адмирал Непир, подвергшийся столь строгому осуждению за малый успех экспедиции в Балтику 1854 года, напечатал в английских газетах письмо, в котором изложил свое мнение о бомбардировании Свеаборга. Адмирал полагал, что с теми средствами, которыми располагало английское адмиралтейство, надлежало увеличить число канонерских лодок и бомбард (которых у Дундаса было 43), по крайней мере, до ста, что дало бы возможность бомбардировать Свеаборг посменно, в несколько очередей, пока в крепости не осталось бы камня на камне, и пока не открылся бы путь кораблям к Гельсингфорсу (24).
Союзники, и в этом году, предприняли действовать в Восточном Океане.
После неудачного покушения их эскадры, в 1854 году, на Петропавловский порт, английские, большею частью парусные, суда, в ней состоявшие, поступили под команду контр-адмирала Брюса; к ним присоединились несколько французских кораблей, контр-адмирала Фурнишона. Союзники решились повторить раннею весною нападение на Петропавловск, и с этою целью два английских парохода, 2-го (14-го) апреля, уже находились вблизи нашего порта. Англичане, полагая, что льды, заграждавшие выход оттуда, не позволят русским судам оставить гавань прежде половины (конца) апреля, считали напрасным сторожить их прежде этого времени. Пользуясь тем, наша эскадра, состоявшая из военных судов: Аврора, Двина, Оливуца и транспортов: Байкал и Иртыш, не будучи достаточно сильна для борьбы с неприятелем, предупредила его покушение, пропилившись через лед и отплыв из Петропавловска, 5-го (17-го) апреля. Русские моряки, под начальством контр-адмирала Завойки, уходя в море, забрали с собою войска, в числе 800 человек, с орудиями и военными припасами, и всех чиновников гражданского управления.
Англичане, чрез несколько дней, прибыв к Петропавловску, были крайне удивлены исчезновением нашей эскадры, которая, между тем, достигла устья реки Амура и стала под защитою сооруженных там береговых батарей (25).