Г. Дюмоларъ заканчиваетъ свою главу о японской политикѣ сожалѣніемъ о томъ, что съ арены общественной дѣятельности въ Японіи постепенно сходятъ выдающіеся политическіе дѣятели эпохи реформъ и на смѣну имъ идетъ средній политическій работникъ. Въ этомъ онъ видитъ громадное зло современной Японіи.
Намъ кажется, что это явленіе совершенно естественное и не предвѣщающее ничего особенно дурного для Японіи. Въ періоды крупныхъ историческихъ переворотовъ, въ періоды ломки всего стараго и созиданія первыхъ основъ будущаго изъ среды народа обычно выдѣляются самыя сильныя, самыя крупныя личности. Они подготовлялись долгими вѣками политическаго застоя, когда наиболѣе одаренные люди должны были искать выхода для своихъ способностей въ другихъ областяхъ или совершенно заглушать ихъ. Въ моментъ высшаго напряженія политической жизни другія области духовной дѣятельности теряютъ свою притягательную силу, и всѣ лучшіе люди націи отдаются политической борьбѣ. На фонѣ общаго безмолвія едва пробуждающейся страны ихъ смѣлые голоса звучатъ особенно громко, ихъ личности производятъ особенно величественное впечатлѣніе. Но когда героическій періодъ кончается, и жизнь заявляетъ свои права вездѣ, тогда таланты распредѣляются болѣе равномѣрно, и политика перестаетъ быть ихъ исключительной ареной. Вмѣстѣ съ тѣмъ вокругъ одинокихъ прежде вершинъ выростаетъ цѣлый лѣсъ новыхъ дѣятелей, среди котораго они не кажется уже такими великанами, какъ раньше. Въ этой массѣ новыхъ дѣятелей, конечно, есть люди всякихъ калибровъ, отъ очень высокаго до средняго и, быть можетъ, даже весьма невысокаго. Это вполнѣ понятно, въ массѣ люди не бываютъ героями, но зато это уже не единицы, а масса, и она представляетъ не мнѣніе этихъ единицъ, а дѣйствительное общественное мнѣніе, всегда выражающее собой интересы преобладающей массы населенія.
3.
Внутреннее управленіе Японіи нельзя еще считать окончательно сложившимся. Оно постепенно реформируется, но до сихъ поръ еще очень значительная часть его находится попрежнему въ рукахъ централизованной бюрократіи. Въ подробности бюрократическаго механизма современной Японіи мы не будемъ входить, такъ какъ онъ не представляетъ собой ничего ни особенно характернаго, ни интереснаго. Количество чиновниковъ все-таки чрезвычайно велико, хотя по сравненію съ прошлымъ расходъ на содержаніе ихъ составляетъ неизмѣримо меньшій процентъ государственнаго бюджета. Во времена шогуната Токугавъ содержаніе бюрократіи составляло 2/3 всѣхъ государственныхъ расходовъ, теперь же на жалованье чиновникамъ, включая сюда я служащихъ въ мѣстныхъ учрежденіяхъ, затрачивается около 20 милліоновъ іенъ {Іена приблизительно равна рублю.}, что составляетъ менѣе 1/10 годового бюджета. По общимъ отзывамъ изучавшихъ Японію, выгоднымъ отличіемъ ея правительственныхъ учрежденій, какъ гражданскихъ, такъ и военныхъ, служитъ то, что въ нихъ пока, можетъ быть, благодаря ихъ молодости, очень мало оффиціальной лжи. Если при какомъ-нибудь учрежденіи показано такое-то количество школъ, то можно съ увѣренностью сказать, что они дѣйствительно Функціонируютъ. Если въ интендантствѣ числится такое-то количество мундировъ и сапогъ, то можно безъ опасеній разсчитывать одѣть въ нихъ не цифры въ графѣ солдатъ, а реальныхъ людей. Случаи казнокрадства тамъ до сихъ поръ тоже почти совершенно неизвѣстны. Это тѣмъ болѣе удивительно, что жалованья чиновниковъ въ Японіи чрезвычайно низки. Министры получаютъ не болѣе 6.000 іенъ, члены палатъ -- 2.000. Средній же окладъ японскаго чиновника до смѣшного малъ. Общее количество служащихъ въ правительственныхъ учрежденіяхъ Японіи было въ 1900 г. 59.711 Всѣ они въ сложности получали 16.998.059 іенъ содержанія въ годъ {Résumé-état, de l'Empire de J., ct. 148.}. Слѣдовательно, въ среднемъ чиновникъ получаетъ 272 іена въ годъ жалованья. Конечно, эти цифры нельзя сравнивать съ нашими, такъ какъ жизнь въ Японіи значительно дешевле нашей. Но даже и внося соотвѣтствующую поправку, все-таки нельзя не сказать, что японскій чиновникъ довольствуется очень скромнымъ содержаніемъ, сравнительно съ европейскимъ.
Мѣстное управленіе Японіи обладаетъ смѣшаннымъ характеромъ. Нѣкоторыя стороны его продолжаютъ находиться въ вѣдѣнія бюрократіи, другія отошли уже къ мѣстному самоуправленію. Во главѣ каждой провинціи стоитъ и намѣстникъ, назначаемый министромъ внутреннихъ дѣлъ, и органъ выборнаго управленія. Но сферы вѣдѣнія обѣихъ мѣстныхъ властей строго разграничены, и намѣстникъ не имѣетъ права вмѣшиваться въ дѣла мѣстнаго управленія. Контроль надъ ними принадлежитъ только непосредственно министру.
Въ мѣстныхъ выборахъ принимаютъ участіе всѣ мѣстные жители мужского пола, не моложе 25-ти лѣтъ, уплачивающіе не менѣе двухъ іенъ въ годъ прямыми налогами. Подъ этотъ минимумъ подходитъ вся масса осѣдлаго крестьянскаго населенія, такъ что въ мѣстномъ управленіи оно принимаетъ такое же непосредственное участіе, какъ и всѣ остальные жители провинціи. Избиратели выбираютъ представителей въ мѣстное собраніе, собирающееся періодически нѣсколько разъ въ годъ и избирающее уже изъ своей среды предсѣдателя и членовъ постояннаго органа самоуправленія. Въ сферу вѣдѣнія этихъ мѣстныхъ самоуправленій входитъ народное образованіе, народная медицина, санитарная часть, благотворительныя учрежденія, дорожная повинность, мѣстная полиція и содержаніе тюремъ. Доходы ихъ состоятъ изъ мѣстнаго поземельнаго налога, налога на строенія, патентовъ и т. п. Главная часть расходовъ идетъ на образованіе, медицину и дороги. За послѣдніе шесть лѣтъ расходы эти почти удвоились, съ 25 1/2 мил. іенъ до 40,6 милл.
Городское хозяйство въ городахъ съ населеніемъ, превышающимъ 20 тысячъ, находится всецѣло въ вѣдѣніи мѣстнаго самоуправленія. Въ меньшихъ городскихъ поселеніяхъ оно носитъ смѣшанный характеръ. Городскіе выборы отличаются отъ земскихъ тѣмъ, что въ городахъ избиратели дѣлятся на три класса по суммѣ платимыхъ ими налоговъ, такъ что менѣе состоятельное городское населеніе представлено, въ общемъ, хуже, чѣмъ болѣе зажиточное. Во главѣ городского управленія стоитъ выборный городской голова, одинъ или два помощника и совѣтъ изъ нѣсколькихъ членовъ отъ 6 до 12 въ зависимости отъ количества жителей города. Кромѣ того, есть еще собраніе представителей, отъ 30 до 50 человѣкъ, собирающееся періодически и рѣшающее всѣ важные вопросы городского управленія.
Военное управленіе въ Японіи находится въ вѣдѣніи военнаго и морского министерства.
Объединенная армія организована была въ Японіи послѣ уничтоженія феодализма, т.-е. въ 1872 г., но закончена организація ея только въ 1896 г. Теперь японская армія ни въ какихъ существенныхъ чертахъ не отличается отъ европейскихъ. Комплектуется она на основаніи закона о всеобщей воинской повинности изъ японскихъ подданныхъ, достигшихъ 20-лѣтняго возраста. Освобождаетъ отъ службы только физическая негодность или лишеніе правъ. Отсрочка дается на 7 лѣтъ по болѣзни, по семейному положенію (единственный взрослый сынъ у престарѣлыхъ родителей) и по занятіямъ -- учителямъ, священникамъ и чиновникамъ. Если черезъ семь лѣтъ причины избавляющія отъ службы, не измѣняются, то человѣкъ освобождается отъ нея окончательно. Срокъ службы трехлѣтій. Общая численность арміи, находящейся подъ ружьемъ, въ мирное время 141.600 ч., въ военное время 358.800 {Богуславскій. "Японія", стр. 292.}. Далѣе идетъ резервъ, въ который зачисляется излишекъ молодыхъ людей, являющихся ежегодно на призывъ, потомъ запасъ, въ который перечисляются солдаты, пробывшіе три года на службѣ или въ резервѣ, и наконецъ -- ополченіе.
Японскій солдатъ проходитъ очень строгую военную школу, и въ смыслѣ военной выучки и военной дисциплины не уступаетъ солдатамъ ни одной европейской арміи. Но, требуя отъ него чрезвычайно большого напряженія во время отбыванія срока службы, военное начальство въ то же время чрезвычайно заботится о томъ, чтобы ставить солдатъ въ наилучшія по возможности условія жизни. По отзывамъ европейцевъ, японскія казармы положительно не оставляютъ желать ничего лучшаго. Вотъ какъ описываетъ ихъ нѣмецкій путешественникъ Гессе Вартегъ: "Спальни, предназначенныя обыкновенно для 20, 30 солдатъ, очень высокія комнаты, веселыя, свѣтлыя, просторныя, съ очень недурными кроватями съ постелями и подушками, съ достаточнымъ количествомъ столовъ и скамеекъ. Все отличается полнѣйшей чистотой. При всякой казармѣ безъ исключенія есть лазаретъ и нѣсколько просторныхъ бань съ холодной и горячей водой, гдѣ солдаты могутъ, если хотятъ,мыться хоть по два раза въ день. Кухня тоже отличается величайшей чистотой, пища не особенно роскошная, но всегда свѣжая и въ достаточномъ количествѣ" {Hesse Wartegg. "China und Japan", стр. 470.}. Далѣе авторъ съ особеннымъ одобреніемъ описываетъ постановку врачебно-санитарной части при арміи. Организовавъ такъ недавно свою армію вообще, японцы обратили вниманіе далеко не исключительно на военный строй и вооруженіе, они сразу позаботились снабдить свои войска вполнѣ достаточной медицинской помощью. Въ 1877 году въ Японіи былъ основанъ собственный отдѣлъ Краснаго Креста, насчитывавшій къ 1897 году уже 28.000 членовъ, а въ настоящее время имѣющій уже болѣе 400.000 членовъ.