Между тѣмъ Настасья твердо держалась задуманнаго плана; ласкала и поила Аннушку, въ присутствіи ея старалась бытъ кроткою; но какъ скоро уходила Аннушка, она съ яростію кидалась на своихъ дѣвушекъ, била и тиранила ихъ. Особенно доставалось больше всѣхъ Прасковьѣ и Степанидѣ, первой за то, что она была очень красива и умна; а вторую она просто ненавидѣла, по какому-то инстикту.
Больнѣе всего было смотрѣть на бѣднаго Пухтю. Съ тѣхъ поръ, какъ Аннушка появилась на мызѣ, онъ страшно измѣнился. Блѣдный и унылый онъ ходилъ медленно, съ опущенной головой и по цѣлымъ часамъ стоялъ на одномъ мѣстѣ съ безсмысленно устремленнымъ взорами на какой-нибудь предметъ. Что было у него на душѣ, итого никто незналъ. Онъ почти ни съ кѣмъ ни разговаривалъ, потому что былъ одинаково равнодушенъ ко всѣмъ, и когда только онъ встрѣчался съ Яснягой, то вздрагивалъ, какъ будто при видѣ какого-нибудь гада и въ глазахъ его мелькалъ огонь злобы. Настасья Ѳедоровна прежде всѣхъ обратила вниманіе на перемѣну Пухти. Она старалась пріобрѣсти его расположеніе, всегда съ участіемъ обращалась къ нему, и даже во многихъ случаяхъ спасала его отъ расправы за упущеніе по должности, которыя случались съ нимѣчастенко. Пухтя долго не обращалъ на это вниманія; но постоянное вниманіе къ нему Настасьи побѣдило его упрямство; и енъ какъ-то ласковѣе на нее сталъ посматривать. Настасьѣ только этого и надобно-было. Послѣ долгихъ усилій ей удалось, наконецъ, добиться откровенности отъ Пухти. Онъ высказалъ ей всю свою любовь къ Аннушкѣ и безнадежность своей горькой участи. На этомъ Настасья задумала построить новыя козни.
Степанида, все это время ревѣвшая отъ собственнаго горя и безпрестанно битая барыней, полоскала разъ вечеромъ бѣлье на плоту.
Къ ней подошла коровница Марѳа.
-- Здорово Стешинька, родная. Каково поживаешь?-- сказала та. кланяясь Степанидѣ.
-- Ужь каково житье наше!-- отвѣчала Степанида, оставивъ свою работу.-- Дня не пройдетъ, чтобъ не тиранила насъ подлянка-то наша. Вчера Пашутку такъ избила, что все лицо изуродовала.
-- Чтожь Паша-то?
-- Что Паша? перенослива ужь она очень! Все молчитъ, а словно береста ужь побѣлѣла.
-- Да за что она ее такъ?
-- Поди, узнай за что! Временемъ на нее это находитъ: вдругъ взбѣсится, какъ бѣшеная, и начнетъ на всѣхъ кидаться.