-- Попритчилось вела бы ее на село, тамъ и лѣкаря есть съ злобой проговорилъ хозяинъ и ушелъ изъ избы.
-- Чего онъ осерчалъ?-- спросила старуха.
-- Богъ его знаетъ,-- отвѣтила хозяйка.
Хозяина звали Петромъ Лунемъ,-- какъ за его несловоохотливость, такъ и за цвѣтъ его волосъ и бороды, походившихъ на ленъ. Онъ былъ мужикъ трудолюбивый, честный и добрый; но съ вида угрюмый и сердитый; онъ терпѣть не могъ бабьей болтовни, которою надоѣдала ему сильно мать старуха и за которую не мало доставалось отъ него и женѣ.
-- Анютка кликнула опять съ печи старуха,-- что ты сидишь молча, хоть бы пѣсню спѣла.
-- Я не знаю, бабушка, пѣсенъ.
-- Вотъ, дѣвка невѣста, а пѣсенъ пѣть не умѣешь; тебя эдакъ никто и замужъ не посватаетъ. Спой, не лѣнись!
-- Пусть не сватаютъ.
-- Ато-ти, сказала, круто повернувшись на печи, старуха, какъ будто кто кусилъ ее за больное мѣсто;-- Да ты, пожалуй, и при людяхъ такъ ляпнешь -- острамишь всю семью.
-- Статочное ли дѣло, не знать пѣсенъ пѣть дѣвкѣ! заговорила старуха. Да ты все врешь; я, дѣвка, слышала какъ ты на качели-то пѣла. Голосъ-то у тебя звонкой такой!... Спой ка, спой, не лѣнись.