-- Ты посмотри мука-то какая, вѣдь ждановская, сказалъ купецъ, когда замѣтилъ, что мужика покоробило маленько, когда онъ про большую цѣну сказалъ.
Неловко мнѣ было стоять тутъ безъ дѣла, хоть интересно было посмотрѣть, чѣмъ кончится дѣло у купца съ мужикомъ.
Я пошолъ дольше.
Арка, украшенная образами съ лампадкой, вела на большой дворъ. Сильный запахъ селедками очень недружелюбно встрѣтилъ мой носъ, но я вошелъ-таки на дворъ. На дворѣ за большими столами сидѣли мужики и солдаты и хлѣбали щи; другіе ѣли селедки съ лукомъ и хлѣбомъ, иные ситникъ съ медомъ и запивали сбитнемъ. Здѣсь шму было меньше, только суетились мѣщане и бабы, подавая кушанье мужикамъ. Съ двора я прошолъ въ ряды съ красными товарами. Лавки здѣсь были низенькія и темныя и нарочно еще занавѣшаны красными лоскутками, чтобы въ темнотѣ нельзя было размотрѣть хорошенько товара. Больше бабы и дѣвки деревенскія толпились въ лавкахъ, купцы и прикащики суетливо показывали ситцы и платки, бабы ахали; а купцы навязывали товаръ и подсовывали имъ такую дрянь, что со стороны было совѣстно смотрѣть.
Я прошолъ мимо желѣзныхъ рядовъ и спустился къ площади, гдѣ были шорныя лавки.
Четыре мужика стояли въ кружокъ, одинъ въ срединѣ ихъ нагибалъ новую дугу изо всей силы. Щеголевато одѣтый, молодой купецъ стоялъ въ дверяхъ лавки и смотрѣлъ на мужиковъ.
-- Не хочешь-ли, почтенный, я тебѣ дамъ отличную, золочоную дугу, вся на золотѣ и цѣна будетъ подходящая, сказалъ купецъ и ушолъ въ лавку.
-- Ты, Митюха, не бери золочоной дуги у него, заговорилъ мужикъ, гнувшій дугу другому въ синемъ армякѣ, обманетъ, вотъ-те Христосъ! ломаную подсунетъ. У нихъ ужь такой заведенъ порядокъ, чтобы ломаныя дуги красить.
-- Али я безъ глазъ отвѣчалъ въ армякѣ мужикъ.
-- И съ глазами надуетъ, ужь такой воровской народъ, подсунутъ такую дугу, что сразу развалится, какъ въ телѣгу запряжешь.