-- Пишутъ всячину люди на досугѣ, вѣры-то имъ только дать нельзя: хитрятъ очень. Вѣче было на Ярославовомъ дворѣ, по крайней мѣрѣ всѣ здѣшніе старожилы утверждали единогласно. Ярославовъ дворъ былъ у Никольскаго собора, оттого онъ въ книгахъ пишется Дворижскій-Никольскій соборъ. Въ синоксари писано, что явленный образъ Николы былъ принесенъ на Ярославовъ дворъ и церковь во имя Николы была тамъ поставлена тогда же. И какое вѣче на Рогатицѣ? ему тамъ негдѣ было и быть, никакой площади не было; тамъ только жили богатые посадскіе люди, объ этомъ я много читалъ въ старинныхъ рукописныхъ лѣтописяхъ. Вотъ, поди, вѣрь имъ послѣ этого!
-- Я такъ думаю, намъ съ вами, Владиміръ Николаевичъ, и разсуждать объ этомъ нечего: пусть тамъ ученые судятъ объ этомъ на досугѣ. Мнѣ сдается, вы больше любите говорить о житейскомъ. Вѣдь вотъ скоро ярмарка у насъ будетъ. Вы, я думаю, и сами знаете объ этомъ, сказалъ хозяинъ и пристально поглядѣлъ на меня, какъ будто хотѣлъ прочитать что-то въ глазахъ моихъ.
-- Слышалъ я, Петръ Яковлевичъ, что у васъ скоро ярмарка начнется. Видно и балаганы для этого строятся тамъ, внизу на площади, лѣсу много что-то навезено.
-- Какъ же-съ. Отъ думы къ штабу балаганы-то выстроятъ въ два ряда глаголемъ. Вы, сдается мнѣ, на ярмарку сюда пріѣхали?
-- Посмотрѣть не мѣшаетъ.
-- Вы извините меня, я вамъ откровенно скажу; вотъ цѣлый день сегодня дожидаю вашихъ товаровъ. Сознайтесь, Владиміръ Николаевичъ, вы прибыли сюда торговать?
-- Съ чего вы это, Петръ Яковлевичъ взяли?
-- Вамъ не зачѣмъ больше сюда пріѣхать. Стали бы съ доброй воли ходить по рынкамъ, да по лавкамъ, присматриваться къ здѣшней торговлѣ и такъ распрашивать. Я даже смекаю, какимъ товаромъ-то вы занимаетесь.
-- А какимъ? спросилъ я хозяина, и улыбнулся; я не могъ утерпѣть, чтобы не разсмѣяться,-- заблужденіе хозяина меня забавляло.
-- Извѣстно, краснымъ товаромъ, отвѣтилъ самодовольно хозяинъ.