Мы сѣли на диванъ рядомъ.
-- Что жь, вы къ намъ Богу молиться, или совсѣмъ хотите украсить свою особу чернымъ клобукомъ? спросилъ меня намѣстникъ.
-- Думаю, если Богъ поможетъ мнѣ, остаться совсѣмъ у васъ.
-- Такъ совсѣмъ пріѣхали къ намъ? Скажите, сдѣлайте милость, гдѣ ваши вещи? я велю принести сюда. Позвольте мнѣ предложить къ услугамъ вашимъ мою убогую келью, пока отецъ-архимандритъ не сдѣлаетъ особаго распоряженія.
-- Не стѣсню ли я васъ?
-- Полноте, что за церемонія! Мы безхитростные иноки; съ вами всѣ свѣтскіе этикеты можно отложить въ сторону. Во первыхъ, позвольте узнать, гдѣ оставлены ваши вещи, а во вторыхъ, позвольте вамъ предложить скромную монашескую трапезу. Вы, я думаю, еще не обѣдали, не такъ, какъ мы, уже успѣли оттрапезовать, несмотря на то, что еще первый часъ въ исходѣ.
-- Искренно благодарю васъ за внимательность. Если вы добры такъ, что принимаете на себя трудъ устроить меня, то дѣлать нечего -- я отдаюсь въ полное ваше распоряженіе. Мои вещи въ повозкѣ у монастырскихъ воротъ.
-- Извините, если я васъ оставлю на минуну, сказалъ намѣстникъ, и вышелъ въ другую комнату. Впрочемъ, онъ скоро вернулся.
Немного погодя принесли мои вещи; потомъ явился послушникъ, накрылъ на столъ тутъ же, въ гостиной, передъ нами, и подалъ обѣдъ.
Я пообѣдалъ, и мы выпили малую-толику ради перваго нашего знакомства.