-- Какое много! Все я опять отдал, что тогда наиграл, Аршинов тот же, чуть не догола раздел меня давеча. На мелок играли. Писать-то легко, а потом карманы выворотишь. Еще три сотни за мной, а взять негде.
Он прошелся из угла в угол и остановился у кровати.
-- Дашь?
-- Не дам, -- спокойно сказал Вязигин. -- Я в долг не даю, сам знаешь.
Он лукаво прищурился.
-- Вот ежели отдадут за тебя Анютку... Девка она хорошая. А уж отвалят тебе... В обиде не будешь. В компанию с нами войдешь. Тут, брат, такие дела мы с тобой разделаем...
Аким отвернулся и опять зашагал по комнате.
От новых мыслей все переворачивалось у него в голове.
Хотелось остаться одному и хорошенько обдумать.
А Павел, точно ничего особенного и не было сказано, принялся болтать о разных пустяках: сыпал сплетнями, которых знал великое множество, дразнил приятеля Каролинкой, рассказывал откровенно непристойные подробности о своих отношениях с женой.