-- У меня, брат, история вышла с Настей. Какой-то прохвост письмо ей послал насчет Каролинки. Что мы с тобой у нее в номере были и безобразничали.
-- Да ну? -- вскинулся Аким.
-- Ей-Богу. Ведь вот мерзавцы какие у нас! Я тебе говорил тогда: пойдем двором. А он нет, прет прямо через зал. Подвел ты меня.
Аким поморщился.
-- Эх, досада.
-- Ну, ничего, -- сказал Вязигин, сбивая щелчком пепел с папиросы. -- Отоврался я с грехом пополам. А то жарко было.
-- Тут, положим, Павка, и пострадать не жаль, -- усмехнулся Аким. -- Уж больно баба хороша.
Вязигин небрежным щелчком забросил папиросу в дальний угол.
-- Да ну ее, бабу эту! Хочешь, отдам? У меня, голубчик, другая наклевывается, еще почище этой. Бери, Аким. У тебя теперь деньжищ много, можешь и не такую поднять.
Аким почесал затылок.