Вязигин стал серьезен.
-- Что ж, посылайте к папаше сватов, Мавра Тимофеевна. Нам от этого ничего, кроме чести.
-- Чего посылать, -- сказала Вахромеева. -- Я и сама с папашей твоим скоро увижусь.
Саша сидела пунцовая и кончиком пальца разглаживала неприметную складочку на скатерти, но скоро оживилась, сбегала к себе в комнату и сейчас же вернулась.
-- Вот, Настасья Прохоровна, еще одна работа, ежели вам интересно. Эта на столик в гостиную.
По синему фону были рассыпаны большие красные цветы.
Настенька рассматривала долго и жадно. Она совсем помешалась на вышивках в последнее время.
После чаю Аким Саввич увел приятеля к себе покурить и поболтать на свободе.
Вязигин разлегся на его постели, вытянул ноги в лакированных сапогах и закурил. Помолчал, щурясь на лампу, усмехнулся и выругался смачно и длинно.
-- Чего ты, Павка? -- удивился Аким.