Она растрогалась и всхлипнула.
-- Убогие мы с тобой, Сашенька, сироты. Друг за друга... Встать не могу, больна, всю изломало. Ты бы мне этого самого... В буфете она, мадерца-то.
-- Мавра Тимофеевна не велела вам вина давать. Сама на ключ заперла, вы ведь знаете.
-- Принеси, голубка. Не допила я, правду тебе скажу. Самая малость была у меня. Только язык смочила. Ничего, что заперто. Возьми столовый ножик и засунь в щель. Нажмешь в бок, оно и отопрется. Там замок слабый, я уж знаю.
-- Ну и отпирайте сами, чего ж!
-- Не дойду, серебряная, ноги не носят.
Саша рассердилась.
-- Мне-то зачем воровать?
Мелькнуло воспоминание о брошке Мавры Тимофеевны.
-- Я тебе друг, Саша, -- жалобно тянула Никитична. -- Верно тебе говорю. Без меня... без меня давно бы ты...