-- Гдѣ она? гдѣ Аксинька? спрашивали насъ какіе-то деревенскіе, полунагіе мужики. Позади всѣхъ слонялись наши трусливые подводчики. При видѣ Сары, они ободрились, достали огниво и зажгли лучину. Освѣщая себѣ путь, цѣлая гурьба мужиковъ, съ большою осторожностью, медленно шагая и поминутно крестясь, зашла въ избу. Я хотѣлъ идти съ ними, но сестра вцѣпилась за меня и не дала тронуться съ мѣста Черезъ нѣсколько минутъ, мужики выволокли на дворъ женщину, въ бѣлой длинной рубахѣ, съ распущенными длинными волосами, и бросили на землю, причемъ голова этой женщины сильно стукнулась. Она вздохнула и начала поднимать голову.
-- Бей ее! бей вѣдьму! закричало нѣсколько мужиковъ.
-- Стой, братцы! не трошь! это Танька Ничипуренкова.
-- Ишь, и впрямъ Танька!
-- Встань, бісова дочка!
-- Хіба жь и ты въ відьмы пустилась, шкура ты барабанная?
Между тѣмъ, одинъ изъ мужиковъ побѣжалъ въ избу, вынесъ, оттуда ведро воды и разомъ обдалъ лежавшую еще на землѣ женщину. Она очнулась, поднялась и сѣла, дико озираясь кругомъ.
-- Что съ тобою приключилось, Танька? спросилъ ее одинъ изъ мужиковъ, съ видимымъ участіемъ.
-- Ой, головонька моя! Ой, головонька моя бідная! завопила Татьяна.
Сара ее узнала. Это была наша служанка, которую я видѣлъ только въ первой разъ.