Я оторопѣлъ отъ подобныхъ курьезныхъ обстоятельствъ.
-- Ты не пугайся однакожъ, понравиться имъ не такъ трудно. Я изучилъ этотъ тріумвиратъ, узналъ ихъ слабости. Я помогу тебѣ совѣтомъ и, надѣюсь, все уладится къ лучшему.
Въ эту минуту открылась дверь и на порогѣ явился человѣкъ въ нахлобученной шапкѣ, съ краснобагровой, пьяной рожей, въ синей поддевкѣ, съ коротенькой, дымящейся трубкою въ зубахъ. Не снимая шапки, онъ лѣниво вынулъ чубочекъ изо рта, чиркнулъ въ сторону полнымъ плевкомъ и грубо-повелительно обратился къ Рапову.
-- Идите. Баринъ требуетъ. Сію минуту.
Рановъ какъ будто и не замѣтилъ грубости человѣка, звавшаго его.
-- Иду, Сенька, иду. А вотъ, посмотри, Сенька! Это нашъ новый бухгалтеръ, представилъ меня Рановъ. Я догадался, что это самъ фатальный кучеръ. Я съ любопытствомъ посмотрѣлъ на него.
Кучеръ окинулъ меня бѣглымъ взглядомъ съ головы до ногъ, и вперилъ въ меня такой дерзко-наглый взоръ, что я покраснѣлъ отъ злости и опустилъ глаза.
-- Изъ далеча прикатилъ? спросилъ Сенька Ранова, небрежно указавъ на меня пальцемъ. Чиркнувъ въ другой разъ, онъ вышелъ, переваливаясь, вмѣстѣ съ Рановымъ.
Я забѣгалъ по комнатѣ въ ожиданіи возвращенія Ранова. Скверныя, унизительныя думы поднимались въ головѣ.
Черезъ нѣсколько минутъ пришелъ Рановъ, улыбающійся насмѣшливо.