Марселина. Погоди минуту, дружокъ. У меня лежитъ на совѣсти, что я, подъ вліяніемъ ревности, будучи несправедлива къ твоей прекрасной женѣ,-- говорила, будто она приняла графскія предложенія. Я вѣдь очень хорошо знала черезъ Базиліо, что Сузанна отвергла ихъ.
Фигаро. Вы дурно знаете вашего сына, маменька, если думаете, что его могутъ смутить такія женскія шалости. Въ этомъ отношеніи смѣло могу сказать -- меня ни одинъ хитрецъ не собьетъ съ толку.
Марселина. Хорошо, если бы точно такъ было. Но сынъ мой, ревность...
Фигаро. Ревность, маменька,-- либо глупое порожденіе, либо болѣзнь. На этотъ счетъ у меня своя философія... не возмутимая! Если случится, что Сузанна меня когда нибудь обманетъ,-- я ей это заранѣе прощаю. Ей это будетъ стоить не малаго труда.
ЯВЛЕНІЕ XIV.
Фигаро, Марселина, Фаншетта.
Фигаро. Ага... Моя милая кузина насъ подслушивала.
Фаншетта. Ну ужь нѣтъ. Я всегда слышала, что это очень безчестно.
Фигаро. Правда. Но такъ какъ оно иногда очень полезно, той случается...
Фаншетта. Я тутъ высматривала кое-кого.