15.
Теперь, как вы думаете, читатели, если бы услыхали со всего света наши земледельцы все сказанное мною, то не вспорхнули бы они тогда как на крыльях выше облаков, да не устремились бы они тогда всевозможно на все труды и на все добродетели, они бы тогда сами обогатились и вас всех золотом обсыпали.
Вы сами знаете, что ваши все блаженства состоят в ваших трудах, а кроме того вы счастливы быть не можете. Но что же я буду делать? Нету на то никаких возможностей.
Ни одного сожаления, а самого оплакивания достоин тот земледелец, который сеет доброе семя на бесплодную землю и плода не получает. Я есть земледелец и сеятель, а доброе семя сказанный закон Божий с его отраслями, а бесплодная земля, -- это погруженные в светских роскошах сердца ваши, которые с омерзением отвращаются от трудов, Богом нам вообще всем назначенным.
16.
Теперь опять на преждереченное возвращаюсь.
Если же главное место пребывания Божьего в хлебе да в хлебодельце, то мне кажется и непогрешительно покланяться ему, этому хлебу, как истинному Богу, да и земледельца почесть выше и дороже всего того, что есть на небе и на земле.
Говорю ли я это с целью о себе? Нет. Я уже старик, -- на что мне ваши почести.
17.
Бог хоть и в силах удержать вселенную без хлеба и без хлебодельца, -- для него нету невозможного, но в таком случае ему нужно переменить весь ход природы и отступить от своего слова, когда он, создавши небо и землю, сказал: , "Совершилось небо и земля и все украшение их". А теперь нужно это совершенство опровергнуть, причем и все законы Его должны потерять силу свою. А для кого нужно переменять ход природы? Для нашей лености.