— С-сбавит, — уверенно сказал Денисов. Но кони ход не сбавляли.
— Ванька, скачем, — предложил я.
— Н-ни черта… Сиди, знай.
Извозчик снова закрутил вожжами. Кони, прижав уши, мчались что есть сил. Извозчик неожиданно для нас свернул в переулок, в противоположную от нашей квартиры сторону.
Дровни раскатились, ударились о столбик. Денисов качнулся и сел. Держась за дровни, он с досадой проговорил:
— Во посадил редьку… Чуть яз-зык н-не откусил! К-куда это он по-погнал?
Из-под копыт лошадей в нас летели жесткие комья снега. Денисов загораживался рукой. Бок, плечо и шапка его обленились снегом. Он сплюнул: в рот попал комок снега. Извозчик оглянулся на нас. На лице его была озорная улыбка. Он то и дело взмахивал вожжами, покрикивал. Мы со страхом смотрели вперед.
Ванька замахал рукой извозчику и крикнул:
— Д-дядя, ос-останови!..
Но дядя не остановился.